Роберт Черрит. Наследник Дракона - V
41 >
Пять камней, вернее, пять групп камней... Еще точнее, пять каменных островков, разбросанных по белому гравию. Поблескивающая в лучах солнца площадка испещрена ровными замкнутыми бороздками, образующими разнообразные плавные фигуры. Словно росчерк удивительно ровных грабель... Их след и создал неровные овалы, замысловатые спирали, бегущие от островка к островку и замыкающиеся в пределах площадки. Он выполнил первое условие погружения в медитацию - проследил взглядом за одной из линий. Взгляд уперся в стену. Двинулся в противоположную сторону... Первая, самая многочисленная группа камней походила на семейку нелепых, невиданных зверей. Большой валун - по трещинкам, бугоркам, изломам его, словно остатки шкуры, расползся желтовато-зеленый мох - вел за собой стайку угловатых, с человеческую голову и меньше булыжников. Создавалось впечатление, что, не двигаясь с места, они тем не менее неспешно шествуют по бороздкам. Несовместимое совмещалось на глазах - это удивительное впечатление вновь заворожило Теодора, бытовой сор, еще недавно заполнявший сознание, внезапно растаял. Принц нашел точку, куда стремилась каменная семья, и уперся взглядом в одинокий обломок скалы, как будто случайно рухнувший на упорядоченный гравийный глянец и до сих пор не сумевший определиться, найти успокоение на этой замысловато расчерченной площадке. Оторвавшийся от матери-скалы, израненный скиталец так и застыл, склонившись набок. Вечность пройдет, прежде чем он прижмется щекой к редкой травке на окружившем его газоне. Третий камень брошен асимметрично, в четвертой группе два увесистых валуна словно обнялись. Где же пятый?.. Здесь же пять групп камней. Даже зная разгадку, Теодор в который раз поразился секрету мастеров, создавших этот чудесный, загадочный уголок. Изумление перед невозможным обратилось в душевную теплоту, наполнившую грудь покоем, с каким люди должны взирать на превратности жизни. Можно перейти на новое место. Сколько раз он пытался так поступить! Например, у древнего сикомора (*2). Тогда выплывет пятый камень, но скроется за раненым обломком каменная семейка. Сколько бы ни всматривался человек в извивы гравия, сколько бы ни пересаживался с места на место - один островок все равно будет закрыт для него. В первые годы Теодор не мог смириться, упорно искал положение, из которого открылась бы вся площадка, все камни разом. Сколько раз он